Гений российского сыска Иван Путилин

В 19-м веке Ивана Дмитриевича Путилина называли гением российского сыска. В 21-м веке к его личности проявляют интерес только в Киришах. В маленький частный музей на экспозицию «Иван Дмитриевич Путилин и его время» и зашли «Новости пешком».

Новости пешком
25 мая 12:00
1361

Галина Паламарчук:
- Антонина Михайловна, как пришла в голову мысль - обратиться к этой личности - Иван Дмитриевич Путилин?

Антонина Космачёва, генеральный директор АНО «Бирюзовая линия»:
- Мне всегда казалось, что на нашей малой Родине, в нашей стране больше интересных людей. И совершенно случайно попалась информация о том, что Иван Дмитриевич Путилин - первый начальник сыскной полиции. Даже оценить трудно: до него никого не было, никто не занимался этим вопросом. Он похоронен то ли у нас, в Киришском районе, то ли в Тихвине. Это зацепило меня. Я начала работать с архивами.
И оказалось, действительно, на склоне лет он жил в Киришском районе, на берегу Волхова у него был дом, а похоронен он был на другой стороне реки. Сейчас там, где он жил, в Пчеве, тоже дачи. Фундамент искали, но, к сожалению, место не сохранилось. Надеемся сохранить память.

Галина Паламарчук:
- Дальше Вы раскрывали для себя эту личность. И что Вас в этой личности потрясло? Его называли гений российского сыска, почему?

Антонина Космачёва:
- Да, гений российского сыска. Теперь уже говорят - наш Шерлок Холмс. Действительно, гений: во-первых, у него был талант, он был профессионал до мозга костей. Он считал, что независимо ни от чего, человек должен служить своей Родине, и все свои силы, все свои возможности как раз на это нацеливал. Он внедрял интересные методы, которые сейчас, когда мы смотрим кино, нас не удивляют, кажется, что все так и должно быть. Но до него этого не было.
Например, он переодевался, натирал грязью руки, ноги и внедрялся в банды. За счет этого он раскрывал большое количество преступлений. На тот период времени это было очень неожиданно. Он наладил документооборот такой, который позволял искать преступников. Умел работать со своими людьми и с полицейским. Все, кто с ним работал, и даже преступники, очень хорошо о нем отзывались.
Разные были открытия для меня. Я всем, например, рассказываю, почему говорили - полицейский «держиморда». Потому что стоял и украшал собой улицу. И никакой охранной функции особой не нес.


Галина Паламарчук:
- В результате Вы организовали музей, некое пространство, которое посвятили Ивану Дмитриевичу?

Антонина Космачёва:
- Музей, наверное, громко сказано, но это экспозиция, которая нам самим нравится, и мы считаем, что нужно говорить не только о какой-то одной личности, надо говорить о личности и ее времени.

Галина Паламарчук:
- Поэтому у Вас такой наряд – городской женщины Петербурга?

Антонина Космачёва:
- У меня такой сборный наряд по Санкт-Петербургской губернии, чтобы люди понимали, что тогда даже выглядели по-другому. Это вариант городской барышни. Или у нас есть костюм крестьянки Санкт-Петербургской губернии. Он, правда, сборный, потому что тогда было много народностей.

Галина Паламарчук:
- А что здесь у вас представлено, на письменном столе? Это могло быть частью рабочего места, когда он отмывался после возвращения из банды, садился за письменный стол и использовал эти письменные принадлежности?

Антонина Космачёва:
- Я погружаю людей, особенно детей, именно в 19-й век. Посмотрите, я всегда спрашиваю, зачем эти колокольчики? Дети говорят, чтоб звать полицейских.

Галина Паламарчук:
- А на самом деле?

Антонина Космачёва:
- На самом деле - тушить свечи.
А это первое вооружение, которое было у полицейских. Представьте себе, раньше полицейские были только с саблей, но это неудобно в толпе, не эффективно. И встал вопрос об оружии ближнего боя. Револьвер «Смит-Вессон» сначала закупали в Америке. Купили штук 200. Потом наши начали делать практически все точно так же. Интересно, что оружие полицейские покупали за свой счет. Когда я первый раз узнала про это, удивилась. Представьте себе, тогда это была обычная практика - казаки на своих лошадях ездили и полицейские тоже.
И в зависимости от того, насколько полицейский был обеспечен, у него таким и было вооружение, например, инкрустированное.

Галина Паламарчук:
- А что у вас делает эта будка, в которой стояли, видимо, полицейские?

Антонина Космачёва:
- Будка замечательная. У нас это активно используемая фотозона.
Эта будка говорит о том, как город пытался себя защитить, как появляется полицейская служба. Речь идет о государственности, о поддержании порядка.
Представим себе середину 19-го века. Отменили крепостное право, и крестьяне стали больше посещать город.
Если раньше была только деревня, где был один конокрад, там его все знали. А теперь стало не так, особенно в городе. Сначала люди сами себя пытались защитить, просто ходили по улице. Потом стало понятно, что так и работать некогда. Тогда начали нанимать для охраны специальных людей. И вот в этих будках охранники стояли. Со временем стало понятно, что это неэффективно. И государство начало внедрять полицию - именно для охраны и именно в городе.
Интересно, что, когда в Петербурге были наводнения, деревянные будки замечательно плыли, как лодки, и будочники считали их своим домом, они вместе с будкой плыли.

Галина Паламарчук:
- Что интересного у вас еще можно посмотреть?

Антонина Космачёва:
- У нас много интересного. Когда говорю об Иване Дмитриевиче Путилине, всегда уточняю, что его постоянно поощряло государство: его начальством был сам царь: он получил 12 орденов и медалей за то время, пока служил. И очень большое количество поощрений. У него было два иностранных ордена, но носить их он мог только с соизволения царя. Он был государственным служащим.
Мы сделали уникальный послужной список, показывающий, как Иван Дмитриевич шел по служебной лестнице. Сначала он служил в Министерстве внутренних дел, в хозяйственном ведомстве, но ему там стало скучно. Это было не его дело. Он был активный молодой человек. Но образование у него было всего четыре класса - нужно было учиться. Дома он учится не хотел, за свой счет начал нанимать достаточно дешевых учителей и экстерном закончил гимназию при Санкт-Петербургском университете. Только после этого он смог двигаться по служебной лестнице. А так до этого только писарчук, и все. Первое место его работы - Сенная площадь. Интереснейшее место, на самом деле, очень криминальное. Там он получал основной опыт своей профессиональной деятельности.
Много, что представлено у нас: например, бумажные деньги, монетки. Бумажные деньги в ходу появились в 19-м веке, они сначала были простые, поэтому недобросовестные граждане начали их подделывать. Представьте себе, Путилин по всей России нашел 10 фабрик по подделке денег. Не только в столице - Санкт-Петербурге. Вот какой интереснейший человек, он многим занимался, разными направлениями.
А вот приспособление, похожее на ножницы. Но это не ножницы. Им Иван Дмитриевич закручивал бороду.
19-й век – этап бурного развития промышленности. Все больше и больше людей стекаются в Санкт-Петербург, начинает появляться организованная преступность. Эта самая организованная преступность своим центром имела Сенную площадь. Что больше всего воровали в Санкт-Петербурге, как думаете? Не кошельки, а одежду! В темном переулке раздевали человека, тут же эта одежка перешивалась и буквально через час на Сенной площади уже продавалась! Одежда была дорогая, ткань дорогая, хороший пошив тоже стоил дорого.
И второе направление - конокрадство. Воровали даже у полицейских лошадей и перекрашивали их.

Галина Паламарчук:
- У вас тут маленькое помещение, а целый преступный мир! Вот кандалы. Догадаться можно сразу же. Они-то как у вас появились?

Антонина Космачёва:
- От Ивана Дмитриевича оригинальных вещей не осталось. Все-таки 19-й век, потом революция. Но мне хотелось, чтобы люди наглядно видели, что и как тогда происходило, как жизнь менялась. И я заказала у кузнеца кандалы. Он мне сделал вот такие. Я перечитала много литературы по поводу кандалов. Вот эти кандалы, например, для краткосрочного ношения. Для долгосрочного ношения они сделаны по-другому, чтобы не поранить руки или ноги краями.
Вот реальная фотография, как заковывают Соньку - золотую ручку.
Какое-то время полицейские части были объединены с пожарными. И приставы там были, и полиция. Потом стало понятно, что должна быть сыскная служба, которая была бы отдельно выделена. И предложил это тогда Федор Федорович Трепов. Во главе сыска он предложил Путилина, потому что лучше, чем он, никто не справился бы с этим вопросом, хотя ему было всего лишь 37 лет. Он даже по званию не дорос. Но он очень активно начал заниматься новой службой.
Вот копии приказов о назначении, о награждении орденами, на основании получения орденов он подает на дворянство. Это не наследуемо, но все равно он подает на дворянство. А за бумагу, на которой написан этот документ, он платит сам.

Галина Паламарчук:
- И дворянство получил?

Антонина Космачёва:
- Да, получил. По поводу дворянства: есть документ, какую ему назначали пенсию, там все понятно: за столько-то лет, это за дворянство, это за ордена. Вот подсчитано. Но другой документ меня заинтересовал. Он уже генерал, а прописка на проживание в Санкт-Петербурге на один год. Временное проживание!
Или, например, ему государь дарит перстень. Но за этот перстень он сам платит пошлину 50 рублей. Согласитесь, необычно. Я когда читала, не понимала, думала, наверное, ему должны заплатить 50 рублей вместе с перстнем! Но оказалось не так.
С использованием Президентских грантов мы выпустили брошюры побольше, поменьше. И ежегодно теперь с помощью Фонда президентских грантов проводим конференции в разном формате, рассказывая о Путилине.

Галина Паламарчук:
- А в Петербурге кто-то этим занимается?

Антонина Космачёва:
- Вы знаете, нет.

Галина Паламарчук:
- То есть, Вы были первой, кто отправился в архив, заполнил формуляр, в котором написала, что хочет узнать про Путилина?

Антонина Космачёва:
- Интересное, что я поднимаю документы и вижу, что их один только человек смотрел и то непоследовательно. А некоторые вообще никто не смотрел.

Галина Паламарчук:
- Как Вы думаете, как будет развиваться дальше это ваше пространство? По мере того, сколько еще в архивах про Путилина Вы узнаете?

Антонина Космачёва:
- С одной стороны, конечно, Кириши не очень туристический город, мы находимся отдельно от трасс, к нам надо специально ехать. Но к нашему даже не удивлению, а изумлению, люди звонят, говорят, что буквально будут проезжать мимо нас и спрашивают, как мы будем работать, в какие часы, потому что они хотят заехать. Значит, пошла информация, и я не остановлюсь. Я надеюсь, что мы будем развиваться, будем смотреть разные стороны и жизни, и времени.
Путилин два раза уходил в отставку, но без него что-то случалось, и он возвращался обратно. Потом он третий раз выходит на покой и уже переселяется на свою дачу, которая находилась недалеко от нас на берегу Волхова.

Галина Паламарчук:
- И что же он делал на даче?

Антонина Космачёва:
- Он не был богатым человеком и, чтобы поправить свое финансовое состояние, начал писать. Под его диктовку готовилась рукопись, он, соответственно, перерабатывал информацию. Он не очень долго прожил, всего лишь 4 года на пенсии. И 40 лет был среди убийц и грабителей. В его рассказах (мы все прочитали) своеобразный слог, но интересный. А все остальные - уже больше или меньше перепевки в его направлении.
Он не сидел на месте. Например, работая в архивах, я увидела, что он, сам будучи небогатым человеком, поддерживал местную школу, которую тогда не содержало государство: он находил средства, в том числе и быть попечителем школы.

Галина Паламарчук:
- Что вы предлагаете своим туристам еще изучить?

Антонина Космачёва:
- В зависимости от того, какая возрастная группа, кому что интересно, мы обязательно проводим детективный квест. Например, вот записка, которую, якобы, написали Путилину, и, используя ключ, ее надо расшифровать. Мы идем дальше, находим отпечаток преступника и определенными методами рисуем портрет этого самого преступника.
А здесь, наверное, самое любимое. Люди любят писать нам отзывы пером – мы пытаемся погрузиться в 19-й век.

Галина Паламарчук:
- Вот написано: «Спасибо большое музею. Я для себя узнала про нового сыщика Путилина. Замечательный музей».

Антонина Космачёва:
- Интересно, что бабушки пишут каллиграфическим почерком, просто позавидовать можно. Молодежь пишет тоже с удовольствием, но не так красиво. Будем рады пообщаться и видеть всех в разной возрастной группе.