Когда начнется очистка озер в Приоратском парке?

О задаче правительства Ленинградской области – сохранить Приоратский парк и в то же время сделать из него пространство культурно-развлекательного свойства - рассказал заместитель председателя правительства Ленинградской области – председатель комитета по сохранению культурного наследия Владимир Цой.

Общество
31 июля 12:36
877

- Приоратский парк долгие годы стоял фактически бесхозным. Не было оформлено право собственности. В 2019 году правительство Ленинградской области проявило инициативу и забрало 2 земельных участка, из которых состоит Приоратский парк. В 2020 году было создано «Парковое агентство Ленинградской области», за которым эти земельные участки и, соответственно, парк закреплены. Оно начало свою деятельность достаточно активно и с точки зрения сохранения объектов, и с точки зрения насыщения какой-либо активностью. Я сам неоднократно приезжал на субботники и на просмотры в Приоратский парк.

Параллельно велись научные изыскания: это объект культурного наследия, находящийся в границах объекта ЮНЕСКО. Здесь нужен очень хороший проект, эти работы частично проведены, частично продолжаются.

Буквально через 2-3 недели начнется первый этап самых, наверное, «грязных» работ - это очистка водоемов. Мы понимаем, что многие десятилетия никто не чистил Филькино озеро, Черное озеро. Предстоит вывоз большого объема грунта, и мы решили, что сначала сделаем это, а потом приступим к работам в парке. Работы по очистке водоемов будут проводиться преимущественно за счет федерального бюджета. Мы благодарны нашим коллегам в правительстве Российской Федерации, они к нам прислушались, и второй год эта программа работает в Гатчине. В прошлом году мы начали с объекта, который находится в ведении музея-заповедника «Гатчина», а в этом году переходим в наш Приоратский парк.

Параллельно проводится работа по проектированию, и после того, как в следующем году будут завершены работы по водоочистке, примерно через год можно будет приступить непосредственно к работам по облагораживанию Приоратского парка. Работа предстоит большая, она требует серьезных принципиальных решений, потому что на разных этапах парк существовал в различных видах. И если мы восстановим его на период конца 18-го века - это будет спорно, потому что нам придется спилить примерно всё и разбить регулярный парк в духе Петродворца. Это не очень правильно, потому что мы нарушим главный принцип: «Истинное и оригинальное должно оставаться». Если мы будем ориентироваться исключительно на конец 19-го века, тоже будет не очень справедливо, так как тогда мы «похороним» более раннее наследие.

Такой вопрос всегда решается непросто, в дискуссиях, я могу привести пример и Царскосельского парка в Пушкине, и парка Монрепо в Выборге, и Летнего сада в Петербурге. Какое бы решение ни принималось, оно всегда дискуссионное. Например, в Летнем саду в Петербурге как раз есть напластование разных эпох. Если бы Анна Ахматова увидела то, в каком виде сейчас находятся парки Царского Села, отреставрированные после Второй мировой войны, она бы их не узнала, потому что в начале 20-го века они были совершенно в другом виде.

Это, действительно, сложный вопрос, когда мы говорим про реставрацию парков. Мы стараемся не торопиться и принимать максимально взвешенные решения.

Мы рассматриваем Приоратский парк исключительно как общедоступный. Я вспоминаю известную историю, которая случилась в конце 19-го века в Гатчине. Комнаты, в которых жил Александр III, поставили на ремонт на какой-то сезон. И на это время семья переехала жить в Приоратский дворец. Разумеется, министр двора, или как сейчас бы сказали, руководитель аппарата пришел к государю и рассказал, что велели забор подновить, поставить замки, чтобы никто не ходил. На что царь ответил: «Вы ошиблись, если поставить забор, все будут через него лазить. Наоборот, откройте все калитки. Пусть ходят - нечего тут стесняться».

И мы в своей деятельности стараемся руководствоваться таким же принципом: парк для людей, он никогда не являлся закрытым парком или садом при чем-то. Такие объекты бывают и в Западной Европе, и в России, например, монастырские сады, которые изначально создавались как уединенное, закрытое место. В нашем случае это доступный публичный парк. К примеру, королевский Гайд-парк в Лондоне никогда не был закрытым, туда мог прийти кто угодно, но при соблюдении необходимых мер безопасности.