Михаил Ефимов - первый русский авиатор

Русский Икар

    Михаил Ефимов родился в 1881 году в смоленской деревушке Аполье. Символично, что в этом же году Александр Можайский получил привилегию на свой «воздухоплавательный снаряд» и была создана первая в России общественная организация, занимающаяся проблемами покорения воздушного океана, — IV-й (Воздухоплавательный) отдел Русского технического общества.

    В поисках заработка большая семья Ефимовых через 10 лет перебралась из Смоленской губернии на юг, в Одессу. Там ученик железнодорожного технического училища Михаил Ефимов и увлёкся спортом. На подаренном старшим братом Владимиром велосипеде он участвует в велогонках, а на премиальные покупает мотоцикл «Пежо» и в 1908-1909 годах становится чемпионом России по мотоциклетным гонкам. Его соперниками были известные одесские спортсмены Сергей Уточкин, Харитон Семененко, Николай Костин и даже выходец из банкирской семьи Иван Ксидиас.

    Последнему и пришла в голову идея купить во Франции аэроплан «Фарман» и обучить лётчика–«авиашоффёра» для показательных выступлений по городам Российской империи. Ксидиас сделал предложение Уточкину, но условия договора были кабальными, и Уточкин отказался, потеряв возможность стать первым русским лётчиком. Ефимов же долго не раздумывал и согласился. В ноябре 1909 года он выехал в школу Фармана в Мурмелоне, а уже 25 декабря он совершил первый самостоятельный полёт продолжительностью в 45 минут.

    21 (8) января 1910 года Ефимов успешно сдал экзамены на звание пилота-авиатора, выполнив 3 полёта по 5 км каждый – таковы были требования в то время. Как он вспоминал позже: «В школе только летать учили, а до остального приходилось доходить самому. А как тут быть, когда я ни слова по-французски не знаю! С самолетом еще как-то разобрался - все же планер я уже собирал, - а вот мотор, сердце аэроплана, дался мне нелегко. Мотор «Гном» ротативный, сложный. В школе никто ничего не показывает, спросить я ничего не умею - прямо хоть плачь. Но тут счастливый случай помог... Знакомые предложили мне приехать в Париж, где обещали познакомить с французскими товарищами -мотористами. Так я попал на завод, где собирали и ремонтировали моторы. Время было зимнее, летали мало. Я у Фармана сказался больным и месяц проработал на моторном заводе в качестве ученика. Нужно сказать, что рабочие меня усиленно учили, и я хорошо освоил мотор. Аэроплан я изучил сам, и это принесло мне громадную пользу: я не зависел от механика, и аппарат был у меня в порядке».

    31 (18) января 1910 года Ефимов установил новый мировой рекорд продолжительности полёта с пассажиром – вместе с представителем банкира Ксидиаса во Франции, одесским издателем Юрием Эмбросом, он продержался в воздухе 1 час 50 минут, побив рекорд Уилбура Райта. После утверждения спортивным комитетом Аэроклуба Франции результатов лётного экзамена, Михаил Ефимов, первым из русских, стал обладателем диплома пилота-авиатора с № 31 от 15 (2) февраля 1910 года.

    Но надо было возвращаться в Одессу – банкир Ксидиас настойчиво требовал исполнить условия контракта. В газетах даже появились анонсы полётов, которые всё время переносились – «первый русский Икар» получил выгодные предложения от зарубежных антрепренёров и не торопился. Председатель Одесского аэроклуба Артур Анатра опасался развития конфликта и телеграфировал во Францию: «Всё будет улажено. Немедленно выезжайте».

    21 (8) марта 1910 года на Одесском беговом поле первый русский дипломированный авиатор Михаил Ефимов на ксидиасовском «Фармане-4» совершил полёт, навсегда вошедший в историю авиации России. Пять раз он поднимался в воздух, вызывая изумление публики невиданным зрелищем. Артуру Анатре и Ивану Ксидиасу посчастливилось стать пассажирами.

    Впрочем, надолго в Одессе Ефимов не задержался: заняв у Фармана 26 тысяч франков, он выплатил Ксидиасу неустойку и избавился от контракта, выехав через неделю на авиационные соревнования в Ницце. Оставшийся без барышей Ксидиас продал «Фарман» Сергею Уточкину и его компаньонам.

    За границей нашего героя ожидал триумф не меньший, чем на родине. Имя русского авиатора «Мишель Ефимофф» быстро стало известным не только в авиаторской среде. На соревнованиях в Ницце он получил первые призы за скорость, наименьший разбег при взлёте и общий налёт без поломок. Там же он стал первым русским авиатором, летавшим над морем. В итальянской Вероне – второй приз за высоту полёта, в Будапеште – первый приз за планирующий спуск, в Руане – первое место за подъём наибольшего груза.

 «Первый тенор авиации»

    Откликнувшись на щедрое предложение Императорского Всероссийского аэроклуба, Ефимов принял участие в Первом Всероссийском празднике воздухоплавания в сентябре 1910 года. Он стал первым лётчиком, совершившим 18 (5) сентября 1910 года полёт на Комендантском аэродроме.

    В соревнованиях участвовали первые русские авиаторы С.И. Уточкин, Г.С. Сегно, В.А. Лебедев, А.А. Кузминский, офицеры Б.В. Матыевич-Мацеевич и Г.В. Пиотровский, гатчинские соколы Е.В. Руднев и Г.Г. Горшков, и ученики Ефимова по Мурмелону – С.А. Ульянин и Л.М. Мациевич. И здесь его ждал триумф победителя. Журнал «Воздухоплаватель» отмечал: «...были очень интересные полеты Ефимова и Мациевича при полной темноте, а первого даже в сильный туман, причем Ефимов летал с двумя пассажирами».

    Ефимов поделился своими планами с известным борцом-авиатором Иваном Заикиным: «Мне предлагают стать инструктором, преподавателем в военной школе. Не знаю, как быть. Частная авиация кончается. Заработка нет. Первые дни авиации что-то давали. Теперь же -- сплошные убытки».

    Любопытно, что сразу после организации на Военном поле в Гатчине первого военного аэродрома, начальник Офицерской воздухоплавательной школы (ОВШ) генерал А.М. Кованько 18 (5) мая 1910 года предложил М.Н. Ефимову стать инструктором авиационного отдела ОВШ и поступить на службу в Военное ведомство. Ефимов не согласился, приняв щедрое приглашение великого князя Александра Михайловича стать инструктором на аппаратах «Фарман» и «Соммер» в Севастопольской офицерской школе авиации (СОША). Общее начальное обучение лётчиков поначалу планировали производить в Севастополе, а дополнительное специальное – в Гатчине.

    13 (1) июня 1911 года для подготовки к службе в авиационных отрядах и участию в манёврах войск Петербургского военного округа, в Гатчину из Севастополя прибыли 7 окончивших общий класс СОША офицеров с инструктором Ефимовым. Через 20 дней в ангарах были размещены аэропланы «Блерио», «Фарман», «Бристоль» и экзотичные «Телье», «РЭП», «Бреге».

    Газета «Царскосельское дело» сообщила 15 (2) августа: «...Прибывший в Гатчину авиатор М.Н. Ефимов заболел аппендицитом и находится на излечении в Гатчинском дворцовом госпитале». И чуть позже: «6 августа в двенадцатом часу ночи известный летун М.Н. Ефимов на "Фармане" впервые совершил ночной полет с прожектором. Редкое и интересное зрелище представлял собой этот полет; контура аэроплана совершенно не было заметно на темном фоне неба, и только свет прожектора, как большая звезда, сверкал то здесь, то там. Ефимов опустился благополучно на землю, сделав планирующий спуск».

    Михаилу Ефимову поначалу удавалось совмещать работу инструктором в СОША с выступлениями на авиационных состязаниях. Он удачно летал на авианеделях в Москве и Петербурге, взяв приз за «полеты и на меткость попадания в цель снарядом с высоты не менее 100 м., и на точность посадки».

    В авиашколе Ефимову пришлось не только обучать будущих военных лётчиков, но и заниматься сборкой и испытанием новых самолетов, участвовать в опытах. 24 (11) сентября 1912 года начальник школы князь Мурузи сообщал: «сегодня вечером Ефимов на "Фармане" бросил куклу парашюта Ломача с высоты в 100 метров. Парашют раскрылся, груз плавно опустился». (Речь шла о парашюте, изобретателем которого был Г.Е. Котельников, а изготовителем В.А. Ломач.) В конце декабря Ефимов «произвёл испытания мотора "Калеп" № 9 в 60 л.с. рижского завода "Мотор".»

    В Гатчине Ефимов вновь появился в 1913 году. Еженедельник «Гатчина» 15 (2) июня 1913 года писал: «В Гатчину прибыл инструктор севастопольской воздухоплавательной школы, известный авиатор М.Н. Ефимов и 28 мая совершил удачный перелет Гатчина - Петербург и обратно». Спустя неделю новая заметка: «В ангарах Щетинина находится пять штук аппаратов, предназначенных для сдачи Военному ведомству. Выверять аппараты будет М.Н. Ефимов. В 4 часа ночи он поднимается и летает до 9-10 часов».

Георгиевский кавалер Ефимов

    Отлаженную школьную жизнь нарушила война. В апреле 1915 года на базе авиашколы на Куликовом поле формируются 31-й и 32-й Корпусные авиационные отряды (КАО). В 32-й КАО вошли военные лётчики поручики В.Э. Попов и С.Н. Басов, подпрапорщик В.Ф. Вишняков и «ополченец» М.Н. Ефимов. Начальником отряда стал штабс-ротмистр А.А. Ильин. Отряд получил моноплан «Блерио-XI» и 4 биплана «Фарман HF-22» и 13 (1) мая 1915 года выступил во Львов.

    На фронте между Ильиным и Ефимовым вспыхнула ссора: Ильин дал Ефимову какое-то задание, достойное рядового механика, Ефимов, привыкший к своему «особому положению», грубо отказал... Просьба Ефимова о переводе в авиаотряд Гвардейского корпуса была удовлетворена.

    Получив 25 (12) февраля 1916 года назначение в авиаотряд Военной школы лётчиков-наблюдателей в Киеве, в школу он явился только спустя 11 дней и должен был быть предан суду военного трибунала, но вмешался великий князь Александр Михайлович. Решили ограничиться гауптвахтой на 7 суток…

    Вслед за этим Михаила Никифоровича незамедлительно отправляют на фронт. Ефимов тяжело переживал арест, просил разрешить достроить самолёт собственной конструкции и с ним идти на фронт. На рапорте появляется резолюция великого князя: «Предложить прапорщику Ефимову отправиться по назначению, где, я уверен, он применит на деле свой опыт и знания».

    По прошествии времени можно только строить версии о причинах. Возможно, это зависть и нетерпимость некоторых офицеров к талантливому мужику-выскочке, или же козни помощника Великого князя – генерала Фогеля или нового начальника Севастопольской школы «солдафона» Стаматьева…

    Не привыкший к субординации Ефимов, как и многие возрастные авиаторы-спортсмены, тяготился военной службой и чувствовал себя легко только в небе. Освоил все самолёты, смело и охотно летал на разведки под огнём противника и заслуженно был удостоен всех 4-х степеней Георгиевского креста, став полным кавалером и получив чин прапорщика «за боевые отличия».

    Вплоть до Февральской революции 1917 года Ефимов находился на фронте в 4-м авиаотряде истребителей, затем переводится в Севастопольскую гидроавиацию, а после октябрьского переворота был назначен флагманским лётчиком (пилот для особых поручений).

    В начале августа 1919 года в Одессе стремительно высадился белогвардейский десант. Михаил Ефимов был арестован и расстрелян офицерами миноносца «Жаркий».

    Такова судьба первого русского дипломированного авиатора Михаила Ефимова, память о котором навеки отлита в бронзе.

    А.А. Божко,заместитель председателя секции истории авиации и космонавтики ИИЕТ РАН СПбФ